«В союзе с музыкой»

«Не верю, Господи, чтоб Ты меня забыл,
Не верю, Господи, чтоб Ты меня отринул:
Я Твой талант в душе лукаво не зарыл,
И хищный тать его из недр моих не вынул.

Нет! В лоне у Тебя, художника-творца,
Почиет Красота и ныне и от века,
И Ты простишь грехи раба и человека
За песни Красоте свободного певца».

Лев Мей
 

Музыка и поэзия – два рода искусства, не столь различные меж собой. Оба развивают воображение и возбуждают чувство прекрасного, играют неповторимую мелодию на струнах человеческой души и создают особое пространство в сознании. Даже равнодушный к сферам других муз человек в вихре музыкально-поэтических эмоций становится восприимчивым к тонким материям. Возникает эмпатия к мельчайшим оттенкам и нюансам эмоционально-чувственной сферы.

В XX веке продолжается поиск синтеза искусств, отразившегося в произведениях немецких романтиков и французских символистов, в трудах ученых-теоретиков, например, А. Шопенгауэра, Э. Ганслика и А.В. Амброса. Обнаруживается параллельность или даже идентичность основных значений музыкальных и поэтических фигур при использовании синонимической структуры и драматургии, схожая работа повторений и контрастов, а также общий принцип постоянного развития.

Литературная музыкальность происходит из эвфонии, аллитерации и ассонанса, рифмы и ритма, репетиции звуков, слов, метров, фраз и идей. На острие пера, записывающего поэтические строфы и нотные фразы, рождается универсальный общечеловеческий язык песен, романсов и опер.

Перенесёмся же в один из этих музыкально-поэтических миров и прикоснёмся к ткани его синтетической, хрупкой, переливающейся всеми оттенками формы и содержания реальности.

Чу! Тучи сбираются над домом новгородского купца Собакина. Страстно полюбил его дочь, красавицу Марфу, удалой опричник Григорий Грязной. Но не быть ей его невестой: с детства Марфа обещана другому. В отчаянии Григорий решается на страшное дело и обращается к силе любовного приворота, а покинутая им Любаша решает отравить соперницу. Дамокловым мечом висит над головой бедняжки Марфы угроза колдовского зелья. В это время сам Иван Грозный решает выбрать себе невесту и устраивает смотрины…

Звучат первые ноты светлой темы увертюры – точно ласковое солнце поднимается из-за горизонта. Это легкой поступью входит в горницу ещё не знающая горя, не испытавшая ударов судьбы Марфа. Но грозно спорят с ней струнные основной темы.

Читатель, конечно, уже узнал этот музыкальный диалог, предваряющий первый акт оперы Римского-Корсакова «Царская невеста». Но знает ли он, что именно в союзе с музыкальным гением композитора родилась негаснущая звезда имени Льва Александровича Мея?

Оригинальный поэт и переводчик, прекрасный знаток русского языка, сам Горький советовал учиться у него молодым поэтам. Лев Александрович так писал о сохранившихся сведениях о семейном быте наших предков: «В наших летописях одни голые факты <…> и очень мало о внутренней жизни народа. Остаётся воссоздать её по аналогии с нынешней жизнию <…>, остаётся еще изустная, переходящая из рода в род летопись: пословицы и песни. Мёртвая, едва заметная в летописи, русская женщина является в песне живою, повседневною двигательницею страсти. Здесь она – то лютая свекровь, то печальная невестка, то «душа красная девица, от которой огнём горит ретивое сердце молодецкое», то разгульная жена». Живой интерес Мея к теме русского народного творчества и народной поэзии, любовь к уходящему в прошлое быту породили его обращение к исторической драматургии. Используя такие черты песенных женских образов, как робость, застенчивость и покорность отчей воле и судьбе и нравность, страстность в мыслях, словах и делах, поэт создаёт два противоположных характера – Марфу и Любашу. Их полярные черты, проявляясь в той или иной мере и сочетании, являют собой русскую энциклопедию женской духовной жизни, оригинальное литературно-психологическое исследование сокровенных тайн женской души.

Читателя подкупает тонкий лиризм Льва Александровича Мея, виртуозное владение стихом, яркая поэтическая образность. Многие другие его произведения, положенные на музыку, стали распространенными песнями и романсами: например, «Зачем ты мне приснилася…», «Хотел бы в единое слово…», «Псковитянка» (драма, на сюжет которой Римский-Корсаков также написал одноимённую оперу). В своих произведениях поэт обращается к извечному конфликту добра и зла, исследованию черных, глухих, болезненных человеческих страстей, так бурно и вольно проявляющихся в больших и малых формах.

13 февраля 2022 года исполняется 200 лет с рождения Льва Александровича Мея. Мы приглашаем читателей на выставку «В союзе с музыкой», посвященную юбилею поэта. Выставка продлится с 15 по 28 февраля (к. 201а, отдел художественной литературы) и будет представлена стихотворениями на античные и библейские темы, былинами, сказаниями и песнями, а также переводами древнегреческих, немецких и французских поэтов. Приходите и открывайте для себя интересный мир оригинального лирика – представителя «чистого искусства», которого по достоинству оценили потомки и увековечил в русской литературе союз с музыкальной стихией.

«Он весел, он поёт, и песня так вольна,
Так брызжет звуками, как вешняя волна».

Лев Мей
 

Текст: А. Д. Куликова, отдел художественной литературы

Оформление: О. В. Кошевая